Ирина, 34 года
Мне было всего 6 лет, когда это случилось. Я просто гуляла во дворе со своими сверстниками, соседскими детьми, мы катались на велосипеде по очереди, играли в прятки. Все как обычно. В этот раз мы ушли в соседний двор, где я спряталась за гаражами. Меня долго искал Владик, но не нашел. Я смотрела, как он лазает по кустам, заглядывает в подъезды и смеялась в кулачок, чтобы не выдать себя.
Внезапно сзади подошел какой-то взрослый мужчина, он просто напал на меня. Я не могла пошевелиться, не могла ни звука издать. Всплывают в памяти только какие-то эпизоды, его лицо сальное, красное, рубашку помню, вонь от него шла.
Мне было шесть, я вообще не понимала, что произошло и просто увидела кровь на колготках. Это было уже вечером, через несколько часов. Судя по всему, я была без сознания там же, за гаражами. Меня никто не нашел и уже не искал, а у родителей были гости.
Я пришла домой как пьяная, виски сдавило, очень болел живот. Потом мама мне рассказывала, что я уснула, не раздеваясь, а на следующее утро она увидела колготки и все поняла. Но решила не говорить со мной об этом, потому что не знала, что конкретно надо делать в таких случаях, чтобы при этом избежать огласки.
Ее отношение ко мне очень изменилось. Я чувствовала себя грязной, ненужной, виноватой, мать смотрела на меня не так, как раньше - с какой-то брезгливой жалостью. И ни мои пятерки, ни убранная квартира, ни подарки, сделанные своими руками на ее Дни рождения, никогда уже не смогли это изменить. Отец ничего не знал, поскольку она решила ему не говорить.
Последующие годы прошли как в тумане, будто не мои, мне постоянно было тревожно, иногда по ночам снились кошмары. Мне было очень сложно встроиться в детский коллектив что в садике, что в школе. Меня постоянно травили. Потому что я была не такая, как все. Хотя внешне хорошенькая, симпатичная, аккуратная девочка.
Я полностью забыла эту историю и вспомнила случайно где-то в 11 лет. Сказала матери, что вспомнила, а она мне заявила, мол, забудь, это было давно, ты ничего не понимала, считай, что ничего не было. Отцу тоже сказала не говорить, иначе он уйдет - у них тогда какие-то разборки и конфликты постоянно были.
Я замкнулась в себе, начала встречаться с парнями постарше, пить, курить, грабить магазины. Попала на учет и испугалась за свое будущее. Не понимала вообще, что со мной творится. Когда мне было 14 лет отец ушел из семьи, и у нас завелся отчим. Он сначала хорошо относился, дарил подарки по мелочи. Потом начал лезть ко мне, но я уже заранее понимала, что он не остановится и ушла жить к подруге.
Мать иногда звонила, давала денег. Кое-как я окончила девять классов, ушла в училище в общежитие жить. С матерью и отцом общались редко.
Как-то я рассказала о своей беде однокурснице, она мне посочувствовала, а потом разнесла эту историю, и меня начали травить.
Парни подходили и предлагали переспать за деньги, поскольку я все равно "уже сломанная и мне нечего терять". Не знаю, что меня спасло, но я каким-то чудом доучилась, получила специальность и уехала в другой город.
Сейчас у меня налаженная жизнь: муж, двое детей, небольшой семейный бизнес. ничего особенного, на основное хватает. Муж долгое время не знал ничего, я боялась, что бросит. Но потом рассказала ему. И в очередной раз убедилась, что выбрала достойного человека. Он сказал, что это ужасное преступление, но оно не делает меня хуже. Никогда ничего плохого не говорил про меня по этому поводу.
Я много думала обо всем, пыталась понять, за что мне такое, почему именно со мной это произошло, почему мать не обратилась в полицию и так далее. Но потом мне пришел ответ как-то сам собой.
Наверное, это произошло именно со мной, чтобы я не стала такой, как остальные - не стала бесчувственной дрянью, подлой и отвратительной, чтобы могла понимать несчастье других людей, их боль страдания.
И в какой-то момент я отпустила прошлое, которому сейчас благодарна. Смотрю на своих однокурсников, одноклассников, на тех, кто издевается над чужой бедой и понимаю: ни за что на свете я не хотела бы стать такой, как они.
И если за это пришлось заплатить такую цену - значит, иначе было нельзя.
Мне было всего 6 лет, когда это случилось. Я просто гуляла во дворе со своими сверстниками, соседскими детьми, мы катались на велосипеде по очереди, играли в прятки. Все как обычно. В этот раз мы ушли в соседний двор, где я спряталась за гаражами. Меня долго искал Владик, но не нашел. Я смотрела, как он лазает по кустам, заглядывает в подъезды и смеялась в кулачок, чтобы не выдать себя.
Внезапно сзади подошел какой-то взрослый мужчина, он просто напал на меня. Я не могла пошевелиться, не могла ни звука издать. Всплывают в памяти только какие-то эпизоды, его лицо сальное, красное, рубашку помню, вонь от него шла.
Мне было шесть, я вообще не понимала, что произошло и просто увидела кровь на колготках. Это было уже вечером, через несколько часов. Судя по всему, я была без сознания там же, за гаражами. Меня никто не нашел и уже не искал, а у родителей были гости.
Я пришла домой как пьяная, виски сдавило, очень болел живот. Потом мама мне рассказывала, что я уснула, не раздеваясь, а на следующее утро она увидела колготки и все поняла. Но решила не говорить со мной об этом, потому что не знала, что конкретно надо делать в таких случаях, чтобы при этом избежать огласки.
Ее отношение ко мне очень изменилось. Я чувствовала себя грязной, ненужной, виноватой, мать смотрела на меня не так, как раньше - с какой-то брезгливой жалостью. И ни мои пятерки, ни убранная квартира, ни подарки, сделанные своими руками на ее Дни рождения, никогда уже не смогли это изменить. Отец ничего не знал, поскольку она решила ему не говорить.
Последующие годы прошли как в тумане, будто не мои, мне постоянно было тревожно, иногда по ночам снились кошмары. Мне было очень сложно встроиться в детский коллектив что в садике, что в школе. Меня постоянно травили. Потому что я была не такая, как все. Хотя внешне хорошенькая, симпатичная, аккуратная девочка.
Я полностью забыла эту историю и вспомнила случайно где-то в 11 лет. Сказала матери, что вспомнила, а она мне заявила, мол, забудь, это было давно, ты ничего не понимала, считай, что ничего не было. Отцу тоже сказала не говорить, иначе он уйдет - у них тогда какие-то разборки и конфликты постоянно были.
Я замкнулась в себе, начала встречаться с парнями постарше, пить, курить, грабить магазины. Попала на учет и испугалась за свое будущее. Не понимала вообще, что со мной творится. Когда мне было 14 лет отец ушел из семьи, и у нас завелся отчим. Он сначала хорошо относился, дарил подарки по мелочи. Потом начал лезть ко мне, но я уже заранее понимала, что он не остановится и ушла жить к подруге.
Мать иногда звонила, давала денег. Кое-как я окончила девять классов, ушла в училище в общежитие жить. С матерью и отцом общались редко.
Как-то я рассказала о своей беде однокурснице, она мне посочувствовала, а потом разнесла эту историю, и меня начали травить.
Парни подходили и предлагали переспать за деньги, поскольку я все равно "уже сломанная и мне нечего терять". Не знаю, что меня спасло, но я каким-то чудом доучилась, получила специальность и уехала в другой город.
Сейчас у меня налаженная жизнь: муж, двое детей, небольшой семейный бизнес. ничего особенного, на основное хватает. Муж долгое время не знал ничего, я боялась, что бросит. Но потом рассказала ему. И в очередной раз убедилась, что выбрала достойного человека. Он сказал, что это ужасное преступление, но оно не делает меня хуже. Никогда ничего плохого не говорил про меня по этому поводу.
Я много думала обо всем, пыталась понять, за что мне такое, почему именно со мной это произошло, почему мать не обратилась в полицию и так далее. Но потом мне пришел ответ как-то сам собой.
Наверное, это произошло именно со мной, чтобы я не стала такой, как остальные - не стала бесчувственной дрянью, подлой и отвратительной, чтобы могла понимать несчастье других людей, их боль страдания.
И в какой-то момент я отпустила прошлое, которому сейчас благодарна. Смотрю на своих однокурсников, одноклассников, на тех, кто издевается над чужой бедой и понимаю: ни за что на свете я не хотела бы стать такой, как они.
И если за это пришлось заплатить такую цену - значит, иначе было нельзя.
Кристина, 27 лет
Мы отдыхали с подругой у ее родни в сельской местности, много купались, уходили все дальше по берегу реки от их дома каждый день, а потом возвращались обратно. Нам тогда было по 15 лет. Просто болтали, собирали цветы, бросали камешки в воду, строили фигурки из песка. В один из дней мы задержались до вечера на реке.
Подруге позвонила мать, велела нам идти домой. Я сказала, что скоро тоже подойду, поскольку дом был уже недалеко, я переписывалась в чате одновременно с несколькими одноклассницами. Сидела на траве у реки, уже собиралась идти, было еще довольно светло.
Неподалеку показались двое парней из соседнего поселка, с пивом, заметили меня и стали приставать. Я побежала от них в сторону леса, но они меня поймали. Почему-то я в тот момент подумала, что меня сейчас убьют и уже была к этому готова мысленно. Они по очереди меня изнасиловали. Просто молча терпела. Потом они ушли, а я какое-то время пролежала на холодной земле, а потом зашла в реку по самую шею. Хотелось вымыться.
Я никому ничего не рассказала. Просто носила другую одежду с длинными рукавами и брюки, чтобы скрыть синяки и ссадины. Боялась забеременеть. Но этого не случилось, на мое счастье. Мне первое время не хотелось жить, не то что с кем-то общаться. Будущее казалось нереальным и бессмысленным.
Я много читала об этой травме, поскольку сейчас есть достаточно информации. И пришла к выводу, что это нечестно и несправедливо - ломать жизнь из-за события, в котором нет моей вины, которое уже произошло и осталось в прошлом.
Мне кажется, что изнасилование стереотипно считается таким кошмаром ужасным по своим последствиям. Стереотипы и портят жизнь жертвам преступлений, поскольку давят на мозги всем вокруг. Да, это ужасно в моменте, отвратительно. Но не более того. Не стоит мучений.
Я не подвержена стереотипам и не вижу в изнасиловании какой-то черной метки для себя и не считаю это своей трагедией.
Чем быстрее люди перестанут считать это преступление причиной для своих неудач, проветрят "бабушкин сундук с предрассудками", тем быстрее психика жертв будет приходить в порядок после таких случаев. А случаев этих очень много. Ну давайте теперь дружно плакать всю жизнь, которая и без того полна трудностей.
У меня есть постоянные отношения, я не приписываю своему парню черты насильника и не путаю интим с ним с тем случаем. Заявлять о преступлении и раздувать из этого многолетнее разбирательство, видеть рожи тех недолюдей и присваивать им такую власть, что они якобы могут причинить мне какое-то великое горе, я не собираюсь. Судьба сама расправится с тем, кто это заслужил.
Ничего такого унизительного я не испытываю, потому что послала все стереотипы куда подальше. И вам советую.
Мы отдыхали с подругой у ее родни в сельской местности, много купались, уходили все дальше по берегу реки от их дома каждый день, а потом возвращались обратно. Нам тогда было по 15 лет. Просто болтали, собирали цветы, бросали камешки в воду, строили фигурки из песка. В один из дней мы задержались до вечера на реке.
Подруге позвонила мать, велела нам идти домой. Я сказала, что скоро тоже подойду, поскольку дом был уже недалеко, я переписывалась в чате одновременно с несколькими одноклассницами. Сидела на траве у реки, уже собиралась идти, было еще довольно светло.
Неподалеку показались двое парней из соседнего поселка, с пивом, заметили меня и стали приставать. Я побежала от них в сторону леса, но они меня поймали. Почему-то я в тот момент подумала, что меня сейчас убьют и уже была к этому готова мысленно. Они по очереди меня изнасиловали. Просто молча терпела. Потом они ушли, а я какое-то время пролежала на холодной земле, а потом зашла в реку по самую шею. Хотелось вымыться.
Я никому ничего не рассказала. Просто носила другую одежду с длинными рукавами и брюки, чтобы скрыть синяки и ссадины. Боялась забеременеть. Но этого не случилось, на мое счастье. Мне первое время не хотелось жить, не то что с кем-то общаться. Будущее казалось нереальным и бессмысленным.
Я много читала об этой травме, поскольку сейчас есть достаточно информации. И пришла к выводу, что это нечестно и несправедливо - ломать жизнь из-за события, в котором нет моей вины, которое уже произошло и осталось в прошлом.
Мне кажется, что изнасилование стереотипно считается таким кошмаром ужасным по своим последствиям. Стереотипы и портят жизнь жертвам преступлений, поскольку давят на мозги всем вокруг. Да, это ужасно в моменте, отвратительно. Но не более того. Не стоит мучений.
Я не подвержена стереотипам и не вижу в изнасиловании какой-то черной метки для себя и не считаю это своей трагедией.
Чем быстрее люди перестанут считать это преступление причиной для своих неудач, проветрят "бабушкин сундук с предрассудками", тем быстрее психика жертв будет приходить в порядок после таких случаев. А случаев этих очень много. Ну давайте теперь дружно плакать всю жизнь, которая и без того полна трудностей.
У меня есть постоянные отношения, я не приписываю своему парню черты насильника и не путаю интим с ним с тем случаем. Заявлять о преступлении и раздувать из этого многолетнее разбирательство, видеть рожи тех недолюдей и присваивать им такую власть, что они якобы могут причинить мне какое-то великое горе, я не собираюсь. Судьба сама расправится с тем, кто это заслужил.
Ничего такого унизительного я не испытываю, потому что послала все стереотипы куда подальше. И вам советую.
Интересно мнение и взгляд молодого поколения, его отличие от принятого в социуме.
Веками изнасилование считалось потерей чести, жизненной силы, прав на счастье в замужестве и материнстве, чуть ли не инвалидностью на всю жизнь. Но, как выясняется, все дело не в травме, а в стереотипах. Травма сама и берется из стереотипов.
Это многое меняет, надо сказать. Восприятие решает все. В том числе вносит свою лепту в изменение коллективного бессознательного, из-за которого женщины веками и вваливаются в это ужасное ощущение грязного тела и обесцененности, стертой идентичности.
Неужели пещерные воззрения способны настолько влиять на нас? Это же страшно!
Слава богу, что мозг и психика следующих поколений работают иначе: эти люди более адаптивны и способны сказать НЕТ надоевшим и опасным стереотипам.
Да, преступник должен быть наказан. Но действительность не соответствует этому долженствованию. Жертвам преступлений слишком тяжело даются доказывание и огласка, это дополнительно травмирует психику, разрушает социальные связи, напрягает и заставляет чувствовать некую ответственность за ход дела, доводить его до приговора и тд.
Поэтому я всегда радуюсь новым взглядам, убеждениям, которые помогают человеку обойти травму, просто не воспринимая то, что с ним произошло так, как это принято в обществе.
Нет, эта девушка не стала чувствовать себя грязной, бесправной и беспомощной. Не начала бояться мужчин, не оказалась фригидной, да и дружеские отношения сохранила. Смогла пережить, переработала и отпустила.
Живет человек, учится, зарабатывает, строит отношения и радуется жизни. И не переживает себя обесчеловеченным объектом, лишенным прав. Потому что не ставит насильника выше себя, а насилие выше своей жизни. И не ставит выше себя мнение нашего доисторического общества с его прогнившими убеждениями.
Это и есть сила личности. И насилие в данном случае не ломает человека, а лишь подсвечивает его идентичность, внутренний стержень и независимость.
Веками изнасилование считалось потерей чести, жизненной силы, прав на счастье в замужестве и материнстве, чуть ли не инвалидностью на всю жизнь. Но, как выясняется, все дело не в травме, а в стереотипах. Травма сама и берется из стереотипов.
Это многое меняет, надо сказать. Восприятие решает все. В том числе вносит свою лепту в изменение коллективного бессознательного, из-за которого женщины веками и вваливаются в это ужасное ощущение грязного тела и обесцененности, стертой идентичности.
Неужели пещерные воззрения способны настолько влиять на нас? Это же страшно!
Слава богу, что мозг и психика следующих поколений работают иначе: эти люди более адаптивны и способны сказать НЕТ надоевшим и опасным стереотипам.
Да, преступник должен быть наказан. Но действительность не соответствует этому долженствованию. Жертвам преступлений слишком тяжело даются доказывание и огласка, это дополнительно травмирует психику, разрушает социальные связи, напрягает и заставляет чувствовать некую ответственность за ход дела, доводить его до приговора и тд.
Поэтому я всегда радуюсь новым взглядам, убеждениям, которые помогают человеку обойти травму, просто не воспринимая то, что с ним произошло так, как это принято в обществе.
Нет, эта девушка не стала чувствовать себя грязной, бесправной и беспомощной. Не начала бояться мужчин, не оказалась фригидной, да и дружеские отношения сохранила. Смогла пережить, переработала и отпустила.
Живет человек, учится, зарабатывает, строит отношения и радуется жизни. И не переживает себя обесчеловеченным объектом, лишенным прав. Потому что не ставит насильника выше себя, а насилие выше своей жизни. И не ставит выше себя мнение нашего доисторического общества с его прогнившими убеждениями.
Это и есть сила личности. И насилие в данном случае не ломает человека, а лишь подсвечивает его идентичность, внутренний стержень и независимость.
Мария, 40 лет
В подростковом возрасте мне пришлось столкнуться с насилием со стороны двоюродного брата. Мне было 12, ему 19 лет. Сначала это были пошлые шутки с его стороны, я жаловалась родителям, бабушке, у которой мы тогда жили, и он тоже. Это обычная деревня, куда люди приезжают на лето с детьми к родственникам. Мы бывали там нечасто, но мне нравилось, поскольку раньше этого человека там не было.
Меня никто не слушал, все говорили, что я изнеженная, городская, а в деревнях все так выражаются и в этом ничего такого нет. Потом он начал приставать, пока взрослые ходили в гости и ездили в город за покупками. Я боялась оставаться с ним в одном доме и даже в одном дворе и уходила к подружке на другой край деревни, сидела там, пока родители меня не заберут.
Конечно, я боялась им сказать, что происходит, так как было стыдно и больно от того, что снова не поверят и отругают. Это чувство несправедливости и подлости ситуации вгоняло меня в депрессию, я мечтала уехать домой поскорее.
Однажды отец с друзьями уехал на рыбалку, а мама с бабушкой уехали в город, подружки не было, и я осталась дома. Он попросил меня подержать дверь в бане, пока будет заносить туда тяжелые камни для пара. Потом он затолкал меня в эту баню и все произошло. У меня был полный ступор, ужас.
Он сказал, что мне все равно никто не поверит, а если и поверят - позориться и разглашать никто такое не будет. И что на самом деле ничего страшного в этом нет, потому что я "все равно когда-нибудь кому-нибудь дам". Так какая разница, когда и кому, не сахарная, не растаю.
Конечно же, я ничего не сказала, но у меня пропал полностью аппетит, я замолчала, не могла толком соображать. Отвечала однозначно на вопросы, сидела в углу и смотрела в одну точку. Все решили, что я просто скучаю по своей подружке. Вскоре мы уехали домой.
В школу я пришла уже другой. Ощущала себя недостойной, отвратительной, страшной шлюхой, на которой стоит клеймо. Мне казалось, что я виновата во всем, что во мне есть нечто, притягивающее грязные мысли у мужчин, как будто я пропитана чем-то липким, запретным, стыдным. Больше я не была ни подростком, ни чистым человеком. Я стала омерзительна сама себе.
Каждый день я искала отличия себя от других девочек, которые казались мне воплощением чистоты, достойными любви и счастья. И находила эти отличия. С тех пор все другие женщины казались мне настоящими богинями на моем фоне.
Мне всегда было странно видеть, как эти богини не ценят себя, соглашаясь на отношения с какими-то отвратительными парнями, похожими на моего двоюродного брата своим поведением. Сама пугалась внимания мужчин, сразу сжималась и уходила в себя.
До 30 лет я жила настоящей затворницей, но была успешной в плане образования и профессии. Получила сразу два красных диплома, продвинулась, стала отличным практиком. Я хирург-реаниматолог, ушедший с головой в работу. Переехала в США, отучилась еще и там. Постоянно в больнице, среди коллег. Порой берешь ночные смены, праздники, чтобы не чувствовать себя отверженной, одинокой, ненужной.
У одной моей пациентки была дочь с таким же опытом, как у меня. Она сама об этом рассказала, когда вспоминала о своем детстве и своей маме, покинувшей этот мир. Я слушала и не могла понять, почему у этой девушки жизнь сложилась иначе, почему в ее жизни есть любящий супруг, дети, почему ее устраивает обычная жизнь кассира в супермаркете?
Она этим вполне довольна, в отличие от меня, продолжающей доказывать свое право на уважение и достоинство. Я в то время параллельно преподавала в ВУЗе и никак не могла присвоить себе свои достижения, все еще считая себя недостаточной, неполноценной, самозванкой с грязным прошлым.
Знакомство с этой девушкой перевернуло мои представления о самой себе и о мире. Я поняла, что гонялась за тенью, жила в прошлом. Я всерьез считала, что после насилия потеряла свое право на уважение. А она - нет. Эта девушка тоже пережила сексуальное насилие в детстве, была из обычного простого района, но она ценила себя.
Разница в мировоззрении, в традициях, в жизненной философии оказалась огромной. Образование и профессиональные успехи оказались ни при чем.
Она вскинула брови, когда я сказала ей, что изнасилование - это травма на всю жизнь. Улыбнулась и ответила мне: "Когда белое объявляют черным, это травма тех, кто объявляет".
Все в моей голове встало на свои места в течение недели. Что-то важное перещелкнуло внутри. Меня отпустило. Я просто поняла, что жила среди людей, навязавших мне чувство вины своими средневековыми представлениями и умственными ограничениями, среди несчастных сломанных жертв с искаженным мышлением.
Я поняла, что со мной всегда все было окей, это с окружающими была беда. Это в их головах сидит плесень, а со мной как раз все хорошо.
В течение последующих двух лет я благополучно вышла замуж и родила первого ребенка. Мне больше не казалось, что изнасилование в детстве - это моя проблема. Я просто оставила ее в стране своего детства, людям, которые хотели сделать это моей стигмой, клеймом, веками внушающим вину и стыд чистым, ни в чем неповинным детям.
Сейчас у нас с мужем трое детей, он тоже врач. Я очень счастлива и желаю каждой девушке осознать: это не твоя драма, не твоя сломанная жизнь, ты не потеряла своей божественной чистоты и права на уважение. Причина твоей боли не в изнасиловании, которое было сто лет назад. Причина - в кривых мозгах твоего окружения.
Иногда мне кажется,что навязывание такой химеры - это самый простой способ женского сообщества убрать конкуренток за мужское внимание. Ведь если ты поверишь, что ты грязная, то не сможешь привлечь достойного мужчину. Подумайте об этом, девушки. И даже если с вами это случится в последующем, знайте: вашу чистоту невозможно загрязнить изнасилованием.
В подростковом возрасте мне пришлось столкнуться с насилием со стороны двоюродного брата. Мне было 12, ему 19 лет. Сначала это были пошлые шутки с его стороны, я жаловалась родителям, бабушке, у которой мы тогда жили, и он тоже. Это обычная деревня, куда люди приезжают на лето с детьми к родственникам. Мы бывали там нечасто, но мне нравилось, поскольку раньше этого человека там не было.
Меня никто не слушал, все говорили, что я изнеженная, городская, а в деревнях все так выражаются и в этом ничего такого нет. Потом он начал приставать, пока взрослые ходили в гости и ездили в город за покупками. Я боялась оставаться с ним в одном доме и даже в одном дворе и уходила к подружке на другой край деревни, сидела там, пока родители меня не заберут.
Конечно, я боялась им сказать, что происходит, так как было стыдно и больно от того, что снова не поверят и отругают. Это чувство несправедливости и подлости ситуации вгоняло меня в депрессию, я мечтала уехать домой поскорее.
Однажды отец с друзьями уехал на рыбалку, а мама с бабушкой уехали в город, подружки не было, и я осталась дома. Он попросил меня подержать дверь в бане, пока будет заносить туда тяжелые камни для пара. Потом он затолкал меня в эту баню и все произошло. У меня был полный ступор, ужас.
Он сказал, что мне все равно никто не поверит, а если и поверят - позориться и разглашать никто такое не будет. И что на самом деле ничего страшного в этом нет, потому что я "все равно когда-нибудь кому-нибудь дам". Так какая разница, когда и кому, не сахарная, не растаю.
Конечно же, я ничего не сказала, но у меня пропал полностью аппетит, я замолчала, не могла толком соображать. Отвечала однозначно на вопросы, сидела в углу и смотрела в одну точку. Все решили, что я просто скучаю по своей подружке. Вскоре мы уехали домой.
В школу я пришла уже другой. Ощущала себя недостойной, отвратительной, страшной шлюхой, на которой стоит клеймо. Мне казалось, что я виновата во всем, что во мне есть нечто, притягивающее грязные мысли у мужчин, как будто я пропитана чем-то липким, запретным, стыдным. Больше я не была ни подростком, ни чистым человеком. Я стала омерзительна сама себе.
Каждый день я искала отличия себя от других девочек, которые казались мне воплощением чистоты, достойными любви и счастья. И находила эти отличия. С тех пор все другие женщины казались мне настоящими богинями на моем фоне.
Мне всегда было странно видеть, как эти богини не ценят себя, соглашаясь на отношения с какими-то отвратительными парнями, похожими на моего двоюродного брата своим поведением. Сама пугалась внимания мужчин, сразу сжималась и уходила в себя.
До 30 лет я жила настоящей затворницей, но была успешной в плане образования и профессии. Получила сразу два красных диплома, продвинулась, стала отличным практиком. Я хирург-реаниматолог, ушедший с головой в работу. Переехала в США, отучилась еще и там. Постоянно в больнице, среди коллег. Порой берешь ночные смены, праздники, чтобы не чувствовать себя отверженной, одинокой, ненужной.
У одной моей пациентки была дочь с таким же опытом, как у меня. Она сама об этом рассказала, когда вспоминала о своем детстве и своей маме, покинувшей этот мир. Я слушала и не могла понять, почему у этой девушки жизнь сложилась иначе, почему в ее жизни есть любящий супруг, дети, почему ее устраивает обычная жизнь кассира в супермаркете?
Она этим вполне довольна, в отличие от меня, продолжающей доказывать свое право на уважение и достоинство. Я в то время параллельно преподавала в ВУЗе и никак не могла присвоить себе свои достижения, все еще считая себя недостаточной, неполноценной, самозванкой с грязным прошлым.
Знакомство с этой девушкой перевернуло мои представления о самой себе и о мире. Я поняла, что гонялась за тенью, жила в прошлом. Я всерьез считала, что после насилия потеряла свое право на уважение. А она - нет. Эта девушка тоже пережила сексуальное насилие в детстве, была из обычного простого района, но она ценила себя.
Разница в мировоззрении, в традициях, в жизненной философии оказалась огромной. Образование и профессиональные успехи оказались ни при чем.
Она вскинула брови, когда я сказала ей, что изнасилование - это травма на всю жизнь. Улыбнулась и ответила мне: "Когда белое объявляют черным, это травма тех, кто объявляет".
Все в моей голове встало на свои места в течение недели. Что-то важное перещелкнуло внутри. Меня отпустило. Я просто поняла, что жила среди людей, навязавших мне чувство вины своими средневековыми представлениями и умственными ограничениями, среди несчастных сломанных жертв с искаженным мышлением.
Я поняла, что со мной всегда все было окей, это с окружающими была беда. Это в их головах сидит плесень, а со мной как раз все хорошо.
В течение последующих двух лет я благополучно вышла замуж и родила первого ребенка. Мне больше не казалось, что изнасилование в детстве - это моя проблема. Я просто оставила ее в стране своего детства, людям, которые хотели сделать это моей стигмой, клеймом, веками внушающим вину и стыд чистым, ни в чем неповинным детям.
Сейчас у нас с мужем трое детей, он тоже врач. Я очень счастлива и желаю каждой девушке осознать: это не твоя драма, не твоя сломанная жизнь, ты не потеряла своей божественной чистоты и права на уважение. Причина твоей боли не в изнасиловании, которое было сто лет назад. Причина - в кривых мозгах твоего окружения.
Иногда мне кажется,что навязывание такой химеры - это самый простой способ женского сообщества убрать конкуренток за мужское внимание. Ведь если ты поверишь, что ты грязная, то не сможешь привлечь достойного мужчину. Подумайте об этом, девушки. И даже если с вами это случится в последующем, знайте: вашу чистоту невозможно загрязнить изнасилованием.
Люди, столкнувшиеся с тяжелой травмой, пытаются найти ее смысл, как бы бредово это ни звучало. Поскольку встроить пережитое в свою систему миропонимания бывает очень непросто, мне кажется важным делиться разными мнениями и выводами относительно своего личного опыта.
Каждый человек, способный прийти к тому или иному выводу, подытожить пережитое, может завершить ситутацию и поставить в ней точку. Чтобы жить дальше гармонично и счастливо.
Конечно, первая реакция на такое предложение обычно - недоумение или возмущение.
Как можно в таком ужасе найти смысл?
Но это не про оправдание страшного преступления, а про поиск недостающего паззла для целостной картины.
Смысл может заключаться в том, чтобы опираться на внутренний компас в этом мире, а не на то, что говорят и думают окружающие, видеть главное, ориентируясь на вечные ценности, а не на сиюминутные удовольствия.
Поскольку картина мира искажается, на первое место встает истинная суть человека, пострадавшего от насилия. Внешняя реальность плохой подсказчик. А вот внутренняя основа - самая ценная. Она как светоч в темноте. Выводит из сумрака, но при этом человек лишается возможности "жить как все".
Начинает тоньше и глубже чувствовать, понимать какие-то важные и главные вещи о жизни и мире. Залатывая дыру в душе, учится выживать и наращивает силу духа.
Поэтому достигает больших успехов в карьере, в делах, но в эмоциональном плане, в отношениях может испытывать затруднения. Опять же, если не встретит "своих". Быть на одной волне с большинством окружающих людей становится невозможно. Не о чем говорить. Насилие, пережитое в детстве, изолирует от сверстников.
Зато со своими, у кого есть подобный опыт - отличное взаимопонимание и философские беседы до утра. На мой взгляд, это в тысячу раз интереснее и здоровее))
Смысл также в том, чтобы научиться ценить свою жизнь, свое время и свое доверие. Не прыгать по бракам, а найти своего человека. Пусть и не сразу.
И стать проводником для других.
Отсутствие травмы ведет к инфантильному и легкомысленному отношению к жизни. Когда беззаботные бабочки впервые коснутся огня, либо их близкие опалят крылья - а это, к сожалению, обязательно произойдет в свое время - вы можете оказаться тем самым примером, которому нынешние "осуждальщики" начнут следовать.
Ведь клеймят и осуждают лишь те, с кем ПОКА не произошло. Отныне время работает на вас.
Каждый человек, способный прийти к тому или иному выводу, подытожить пережитое, может завершить ситутацию и поставить в ней точку. Чтобы жить дальше гармонично и счастливо.
Конечно, первая реакция на такое предложение обычно - недоумение или возмущение.
Как можно в таком ужасе найти смысл?
Но это не про оправдание страшного преступления, а про поиск недостающего паззла для целостной картины.
Смысл может заключаться в том, чтобы опираться на внутренний компас в этом мире, а не на то, что говорят и думают окружающие, видеть главное, ориентируясь на вечные ценности, а не на сиюминутные удовольствия.
Поскольку картина мира искажается, на первое место встает истинная суть человека, пострадавшего от насилия. Внешняя реальность плохой подсказчик. А вот внутренняя основа - самая ценная. Она как светоч в темноте. Выводит из сумрака, но при этом человек лишается возможности "жить как все".
Начинает тоньше и глубже чувствовать, понимать какие-то важные и главные вещи о жизни и мире. Залатывая дыру в душе, учится выживать и наращивает силу духа.
Поэтому достигает больших успехов в карьере, в делах, но в эмоциональном плане, в отношениях может испытывать затруднения. Опять же, если не встретит "своих". Быть на одной волне с большинством окружающих людей становится невозможно. Не о чем говорить. Насилие, пережитое в детстве, изолирует от сверстников.
Зато со своими, у кого есть подобный опыт - отличное взаимопонимание и философские беседы до утра. На мой взгляд, это в тысячу раз интереснее и здоровее))
Смысл также в том, чтобы научиться ценить свою жизнь, свое время и свое доверие. Не прыгать по бракам, а найти своего человека. Пусть и не сразу.
И стать проводником для других.
Отсутствие травмы ведет к инфантильному и легкомысленному отношению к жизни. Когда беззаботные бабочки впервые коснутся огня, либо их близкие опалят крылья - а это, к сожалению, обязательно произойдет в свое время - вы можете оказаться тем самым примером, которому нынешние "осуждальщики" начнут следовать.
Ведь клеймят и осуждают лишь те, с кем ПОКА не произошло. Отныне время работает на вас.
Не обязательно реагировать на травму так как принято: как на зло или неполноценность.
Это не объясняет ровным счетом ничего.
Возможно, ответив себе на вопрос "Для чего мне дана эта травма?", вы поймете, что без нее ваша жизнь потеряла бы смысл. Вы так и не раскрыли бы свой главный потенциал, не встретили своего человека, не прозрели бы.
Глубокий сон внутри выдуманной реальности стал бы вашей единственно возможной жизнью. Вечный сон. Без права на пробуждение.
Это не объясняет ровным счетом ничего.
Возможно, ответив себе на вопрос "Для чего мне дана эта травма?", вы поймете, что без нее ваша жизнь потеряла бы смысл. Вы так и не раскрыли бы свой главный потенциал, не встретили своего человека, не прозрели бы.
Глубокий сон внутри выдуманной реальности стал бы вашей единственно возможной жизнью. Вечный сон. Без права на пробуждение.
